Насколько я понимаю, первоначально в конце 1920-х — начале 1930-х годов в этих деревянных избушках на курьих ножках жили в бухте Нагаева все жители Магадана — романтики-комсомольцы, прибывшие покорять Северо-Восток. Потом был учреждён Дальстрой, началось освоение Магаданской области руками сотен тысяч заключённых, привезённых с материка в трюмах кораблей, и Магадан стал разрастаться. Его наводнили многочисленные вохровцы, энкавэдэшники и какое-то количество вольнонаёмных специалистов: моряков, лётчиков, геологов и т.п., которых уже селили в двухэтажные бараки. После Второй мировой войны зэки и пленные японцы построили первые здания сталинского ампира, в которые из бараков переселились вертухаи, чины НКВД и разнообразное начальство. Бараки постепенно сносили (позже, при нас, снос ещё продолжался, а сейчас их совсем не осталось). Шанхай же в бухте Нагаева в это время не только не исчез, но и начал бурно расти, поскольку тогда как раз начали выходить на поселение уцелевшие в лагерях политические заключённые, которым после восьми-десяти лет лагеря полагалась многолетняя или вечная ссылка «в местах отбывания заключения». Они покупали или строили себе сами эти шанхайские избушки, поскольку бесплатной квартиры в ампире или хотя бы комнаты в типовом бараке им от сталинского государства не полагалось.
После того как тов. Сталин в 1953 году дал дуба, Хрущёв за несколько лет выпустил на свободу всех политических заключённых, объявив репрессии необоснованными и полностью восстановив репрессированных в правах. Это называлось «реабилитация», о ней выдавали специальную справку. Но магаданские шанхаи не исчезли. Во-первых, не все реабилитированные захотели вернуться домой — некоторым, как Вадиму Козину, у которого во время ленинградской блокады погибла вся семья, возвращаться было некуда и не к кому. А во-вторых, не всех и реабилитировали.
Я в детстве сразу заселилась вместе с родителями — молодыми специалистами в хрущёвскую пятиэтажку со всеми удобствами, не знала особенно близко обитателей шанхаев и не бывала у них в гостях. Но какая-то жительница Магадана написала в комментариях на «Одноклассниках», что в 1981 году снимала жильё в нагаевском шанхае и что среди владельцев домов там было много так называемых предателей — тех, кто отсидел срок за сотрудничество с немцами во время войны: работу за продуктовый паёк в немецкой полиции, комендатуре и т.д. Это, конечно, были не каратели, а обычные люди, карателей после войны не сажали, а сразу вешали. Им не светила никакая реабилитация. Нетрудно понять, почему кто-то из них после отсидки не захотел возвращаться в родные места и предпочёл остаться в Магадане.
Очень может быть, что вместе с «предателями» и политическими в этих шанхаях жили ещё и какие-нибудь бывшие сидельцы по неполитическим статьям, которые не захотели возвращаться на материк. Может, из-за пренебрежительного отношения к таким людям «второго сорта» городские власти и не расселили окончательно нагаевский шанхай в период массового строительства хрущёвок в 1960–1970-е годы, хотя вовсю расселяли тогда типовые бараки и частные дома в черте города. А кто сейчас, когда советская раздача бесплатных квартир закончилась, живёт в шанхае бухты Нагаева, не знаю. Не исключено, что потомки тех «предателей», политических и уголовников.
