Своего аффинажного завода у нас в Магаданской области не было, а с приисков их сто раз проверенные работники понемногу, десятками граммов, выносили за проходную золотой песок и продавали специальным «чёрным» перекупщикам, для прикрытия служившим в приисковых посёлках парикмахерами, продавцами, банщиками и т.п. Это при том, что на строго контролируемую работу с собственно золотым песком на промывочных и сушильных столах на приисках всегда брали только женщин. Что совершенно не помогало. Перекупщики накапливали у себя золотой песок в бóльших объёмах, килограммами, после чего уже другие люди транспортировали его на материк. Там нелегальное золото через конспиративную цепь посредников сбывалось ювелирам, зубным техникам и православной церкви. В церковных мастерских используют много золота, а кроме того, с тех пор как ещё Ленин официально отделил церковь от государства, её коммерческая деятельность попала в «серую» зону. В церковных лавках у нас, как известно, чеков и сегодня не дают, и через систему РПЦ можно было тогда и можно сейчас совершенно бесконтрольно торговать чем угодно. В том числе, например, и нательными крестиками из «левого» золота.
По самым скромным неофициальным оценкам, в СССР в 1960–1970-е годы таким образом на чёрный рынок ежегодно уходила тонна из общего количества добытого золота. А может, и больше.
Отец, например, как-то рассказывал, что при регулярной проверке на одном из приисков в производственном столе, по которому проходил золотой песок, обнаружилась дырка, пробуренная неизвестными умельцами и заткнутая с исподу обычной винной пробкой. Сколько и куда утекло через эту дырку золота, когда пробку время от времени вынимали, установить, естественно, не удалось.
Самой опасной частью процесса систематического похищения золота с приисков — скупкой шлиха у приисковых работников и его транспортировкой на материк — в Магаданской области традиционно занимались ингуши. Наверное, потому, что, с одной стороны, для этого требовалась отчаянная смелость, особенно учитывая негласные металлоискатели в наших аэропортах. А с другой стороны, после того как тов. Сталин в 1944 году за две недели депортировал всех вайнахов — чеченцев и ингушей — из Чечено-Ингушетии в голые казахстанские степи, в результате чего у них вымерло около трети народа, они превратились в принципиальных противников советской власти. Причём это были не абы какие ингуши, а представители одного определённого ингушского рода, для которых этот опасный, но очень доходный бизнес, можно сказать, стал семейным.
Строго говоря, они и сейчас этим занимаются, так как традиция тырить золото с приисков после наступления капитализма и перехода этих приисков из государственных рук в частные никуда не делась. И даже наоборот: говорят, объёмы похищаемого значительно выросли.
Естественно, отдельные граждане разных других национальностей тоже принимали активное участие в процессе перевозки нелегального золотого песка и самородков на материк по принципу «сам нашёл/спёр — сам приховал — сам повёз». Но эти одиночки едва ли вывозили много, а отлаженная система держалась на ингушах.
На работу с золотым песком на приисках ингушей, конечно же, никогда не нанимали. Но и запретить несудимому советскому человеку селиться там, где ему хочется, тоже было невозможно. Так что ингуши вполне законно жили семьями внутри своих компактных общин в посёлках Магаданской области возле приисков, где-то в этих посёлках работали, ни с кем, кроме друг друга, не общались, и их дел доподлинно никто не знал. Такая компактная ингушская община, например, была в посёлке у моей подруги по пионерскому лагерю, и она говорит, что этих отчаянных ингушей у них там все боялись, так как мужчины-ингуши чуть что хватались за ножи.
Золотой песок возили на материк сотнями способов: на себе, в проделанных в подошвах ботинок полостях, в цинковых гробах, которыми отправляли тела усопших магаданцев к месту их последнего упокоения на родину, отливали из золота сковородки, зачерняя их под чугун, и так далее. Похищению золота с приисков Магаданской области даже посвящено в сериале «Следствие ведут ЗнаТоКи» дело шестое под названием «Шантаж» (1972). Там ингуша, транспортирующего из Магадана в Москву два килограмма триста граммов золотого песка в специальном матерчатом набрюшнике, играет Армен Джигарханян. Армянин, но тоже с неславянской внешностью.