Описанные выше игры были в наших дворах в основном дамскими. И хотя мой брат Кирилл рассказывает, что они с приятелями в первом-втором классе вовсю играли в классики «с девчонками», как правило, мальчики тусовались от девочек отдельно, своими компаниями. Тоже разновозрастными, как и у девочек, где старшие дети охотно обучали и развлекали младших. Так что в части описания мальчиковых занятий мне приходится полагаться на слова брата, который из своего дошкольного детства, к сожалению, практически ничего не помнит, но начиная с семи лет кое-что вспоминает.
Про период до первого класса брат знает только историю, которую рассказал ему, уже взрослому, отец. Как он, отец, однажды возвращался откуда-то домой и внезапно обнаружил, что в дорогой педальной машине Кирилла, гуляющего с нею без присмотра в нашем дворе, катают друг друга двое совершенно чужих мальчиков настолько старше маленького брата, что с трудом в этой машине помещаются. Отец уже примерился вмешаться, прикрикнуть на малолетних хулиганов и вернуть брату принадлежащую ему собственность, но его смутило, что Кирилл, стоявший тут же, вовсе не выглядел расстроенным, а наоборот, хохотал-заливался. А в это время малолетние хулиганы, подъехав к брату, сказали: «Ну, садись, Кирилка, теперь мы тебя покатаем!» — и принялись катать довольного Кирилла на его педальной машине туда и сюда.
Мальчики в наших дворах тоже гоняли на велосипедах, если они у них были, и тоже играли в ножички. И, естественно, компании мальчиков тоже развлекались на стройках. Кроме плавания в затопленном котловане на дверях брат помнит, как происходила на стройках добыча строительной смолы (битума). Чтобы добыть битум, надо было найти беспечно оставленное строителями ведро, на дне которого тот застыл монолитным куском, и бросать это ведро об землю, пока битум от ударов не отстанет от стенок и дна ведра и не выпадет. Потом выпавший цельный кусок битума следовало путём всё того же бросания об землю разбить на множество маленьких обломков, от которых уже станет удобно откусывать смолу для жевания и которые будет сподручно носить в карманах, обменивать на что-нибудь или дарить.
С помощью карбида, невинно шипевшего у нас, дам, в лужах, суровая мужская компания брата однажды пыталась устроить взрыв. Для этого карбид загрузили в найденную пустую пивную бутылку и залили водой в надежде, что бутылку разорвёт выделяющимся газом. Но бутылка, к общему разочарованию, так и не разорвалась. Подозреваю, не в последнюю очередь потому, что её не догадались ничем заткнуть.
Ещё на стройках мальчиковые компании вели поиски свинца. Свинец, добывавшийся также из решёток выброшенных старых автомобильных аккумуляторов, был предметом первой необходимости, поскольку из него изготавливались битки для игры с монетами на деньги. Изготовление свинцового битка, по словам брата, происходило следующим образом. Собранный свинец надо было положить в пустую консервную банку и расплавить на огне костра, который разводили где-нибудь на пустыре, подальше от глаз взрослых, старшие мальчики, имевшие спички (брат уважительно называет их «пацаны»). Расплавленный на костре свинец переливался в круглую ямку нужного размера, выкопанную в земле, и, застывая, превращался в биток. Свой биток каждый изготавливал себе сам. У малолетнего брата, правда, хороший биток не получался. Он тогда по незнанию копал ямки для отливки в песчаной почве, а надо было в глине. И ему приходилось пользоваться в игре чужими.
Игры с монетами на деньги — это уже была часть чисто мальчикового магаданского мира. Девочки у нас во дворах, как я помню, на деньги ни во что не играли. Кажется, в детском саду была какая-то игра со специальным образом сложенными конфетными фантиками, в которой выигравший ход забирал твой фантик, — малораспространённая, из-за чего её правила в моей памяти не отложились, но и только.
Судя по воспоминаниям брата, играла его компания на деньги в своего рода гибрид из расшибалочки и пристенка, называя этот гибрид «расшибалы». Пристенок (в который, как свидетельствует Википедия, играли в России уже в XVII веке) — простая игра. Играющие по очереди бросают монеты об стенку, с тем чтобы своя монета, отскочив, упала как можно ближе к монете другого игрока. Если твоя упавшая монета соприкасается с чужой или если ты способен дотянуться от своей монеты до чужой пальцами одной руки, забираешь себе и свою, и эту чужую. Смутно помню, что вроде бы как-то видела, как мальчики играли в этот пристенок в одном из наших дворов.
Правила классической расшибалочки посложнее. С каждого из игроков собирают по монете одинакового достоинства, складывают в стопку все орлом вверх или все решкой вверх, и эту стопку игроки стараются по очереди разбить своими свинцовыми битками. Задача каждого игрока — после того как стопка рассыплется, ударом битка перевернуть как можно больше монет на сторону, обратную той, вверх которой они были сложены. Если смог перевернуть монету, забираешь её себе и бьёшь снова. Если не смог, ход передаётся другому.
Собрать целую стопку монет одинакового достоинства азартным игрокам в детстве брата было затруднительно — для этого у них было слишком мало наличности. Тем более что мелкие одно- и двухкопеечные монетки в этой игре не приветствовались из-за того, что плохо перемещались ударом битка; нужны были более дорогие монеты большего размера. Серебряной мелочи по десять, пятнадцать и двадцать копеек, естественно, ни у кого не водилось, и играли монетами трёх- и пятикопеечными. В этой связи брат и его приятели не собирали и не разбивали никакую стопку, а просто встряхивали разнокалиберные монеты участников в сложенных ковшиком руках, после чего сбрасывали их на землю. Дальше надо было ударом битка перемещать монеты, но вовсе не как в расшибалочке — переворачивая их на обратную сторону, а как в пристенке — чтобы они соприкоснулись друг с другом. Если монета, которую ты подбросил ударом битка, упала так, что касается другой, ты забирал эту другую в качестве выигрыша. Брат говорит, что старшие мальчики, у которых были собственные качественные и пристрелянные битки, конечно, легко обставляли в этих «расшибалах» всех младших.
И даже в мяч с глухой стеной хрущёвки мальчики играли по-своему. По воспоминаниям брата, это была некоторая разновидность вышибал. Нужно было бросить мяч в стенку так, чтобы он, отскочив, попал в другого участника игры. Если этому участнику удавалось от мяча увернуться, следующий бросок переходил к нему. Если не удавалось, бросал мяч в стенку опять ты. Или, если игроков было много, ударенный мячом выбывал, и ему на смену заступал другой.
На следующем снимке я в поле в пятилетнем возрасте (редкий кадр). Во взрослом накомарнике, сетка которого доходит мне до самого пояса. Мои родители стоят сзади слева и о чём-то беседуют. Остальные на снимке — работники геологической партии, начальником которой был отец.
|
