Аборигены теперь

Сколько магаданских аборигенов погибло в ходе «освоения» давно освоенных ими земель, точно не известно — их до начала 1960-х годов никто особенно не пересчитывал. Некоторые народы исчезли полностью, другие смешались с русскими. Все почти совсем или совсем утратили свою культуру и язык.
Утрата культуры и языка продвигалась особенно ударными темпами, потому что советская власть — разумеется, из самых лучших побуждений — наладилась забирать у ведущих традиционный кочевой образ жизни аборигенов детей и помещать их в специальные интернаты, чтобы они росли в тепле, сытости и приобщались к европейской культуре. К европейской культуре приобщились единицы, зато большинство оказалось в положении «от ворон отстал, а к павам не пристал» и совершенно потерялось в жизни. А утешительная-то «огненная вода» всегда тут как тут…
По данным переписи 2010 года, эвенов в Магаданской области проживало 2 635 человек, ительменов — 613, коряков — 280, орочей — 76, эскимосов — 33. Ещё 1 529 эскимосов и 1 392 эвена жили в 2010 году в Чукотском автономном округе, который теперь считается отдельно. Количество чукчей, самого многочисленного коренного народа Магаданской области, пока Чукотка входила в её состав, с 1939 года никогда не превышало 13 тысяч человек (в иные годы было и меньше десяти тысяч). Учитывая успехи медицины и семимильные шаги прогресса, это значит, что смертность среди них даже по российским меркам просто немыслимая.
Когда мы жили в Магадане, представители коренных народов по большей части занимались своими традиционными промыслами: резьбой и гравировкой по кости, изготовлением обуви и сувениров из кожи и меха и т.п., оленеводством (в тундре на Чукотке), китобойным промыслом и охотой на морзверя — моржей, тюленей и нерп (тоже на чукотском побережье). Ещё у нас был чукотско-эскимосский национальный ансамбль песни и пляски «Эргырон» («Рассвет»).

149. Охота на морзверя (в данном случае моржа). Фото из Интернета

После горбачёвской перестройки, правда, этнокультурная жизнь аборигенов магаданской области оживилась. На всех магаданских городских праздниках выступают танцевально-песенные ансамбли коренных народов Берингии (биогеографической области, включающей в себя наши Чукотку и Камчатку, а также американскую Аляску). На следующих фото они танцуют, аккомпанируя себе на традиционных шаманских бубнах.

150. Танец с бубнами. Фото из Интернета

151. Танец с бубнами. Чукотка. Фото из Интернета

Каждый год проводятся фестивали традиционной культуры коренных народов и гонки на оленьих упряжках, которые торжественно посещают официальные лица администрации вплоть до губернатора. Вот представительница коренного народа во время этнокультурного фестиваля играет на варгане, национальном инструменте аборигенов Чукотки. Правда, это уже современный, вариант варгана — металлический. В незапамятные-то времена они были костяные. У варгана необычное звучание, похожее на звучание синтезатора. В Магадане мы часто слышали его, когда выступал «Эргырон».

152. На этнокультурном фестивале. Игра на варгане. Фото из Интернета

153. Варган. Металлический вариант. Фото из Интернета

154. Гонки на оленьих упряжках. Фото из Интернета

На этом снимке нарты — традиционные лёгкие деревянные сани для оленьей или собачьей упряжки. То есть это первоначально они были деревянные. А полозья этих, современных, судя по всему, уже подбиты каким-то суперскользящим пластиком.

155. Нарты. Фото из Интернета

Кроме того, над аборигенами Магаданской области взяли шефство американцы. Этому немало поспособствовало то, что наши чукотские эскимосы — прямые родственники эскимосов с Аляски, у них общий язык. Самый крупный город Аляски Анкоридж даже стал побратимом Магадана. В наше время вообще говорили, что родственные связи между племенами чукотских и аляскинских эскимосов никогда не прерывались и что они преспокойно плавают друг к другу в гости через разделяющий Чукотку и Аляску Берингов пролив на своих каяках (байдарках из кожи моржей и тюленей, натянутой на каркас из дерева-плавника), совершенно не обращая внимания на все пограничные посты.