«Два в одном». Снежная Долина. Поездки на Олу

Многие почему-то считают, что сталинские лагеря были только вдалеке — на Колыме, в Сибири и за Полярным кругом. Но увы. В Интернете висит карта под названием «Это прямо здесь — Москва»: https://topos.memo.ru/
На этой карте указаны места на территории Москвы, где располагались тюрьмы, лагерные участки, места массовых расстрелов, места массовых захоронений расстрелянных и т.п. Карта густо покрыта условными обозначениями. И так же было абсолютно в каждом городе и крае.
Тов. Сталин нагнал столько заключённых в Магаданскую область потому, что при помощи их рабского труда хотел быстро освоить золотоносные районы Колымы. Все мы учили в школе, что рабский труд стал неэффективным ещё во времена Древнего Рима. Производительность труда у рабов, никак материально не заинтересованных в его результатах, невысокая. А ведь надо ещё заплатить за то, чтобы этих рабов накормить, одеть, где-то поселить, лечить, караулить и т.д. Но при тов. Сталине власть значительно минимизировала издержки рабского труда, задолго до нацистов мудро совместив трудовые лагеря с лагерями уничтожения по системе «два в одном».
В Древнем Риме рабов приравнивали к вещам и заботились об их сохранении. В ГУЛАГе такой задачи не ставилось. Зэков-рабов почти не кормили, не лечили, селили в пятидесятиградусные морозы в продуваемых всеми ветрами дощатых бараках, а свои лагерные робы они донашивали друг за другом. Врачами, санитарами, хлеборезами, поварами, строителями, культработниками, бригадирами, нормировщиками и так далее тоже бесплатно работали сами зэки. Тратиться приходилось лишь на вольную лагерную охрану да на доставку всё новых и новых партий узников к местам заключения. В таких условиях и смертность зэков была велика, и подневольный их труд становился достаточно рентабельным. А на Колыме, где попавшие на тяжёлые работы погибали от голода и холода за несколько месяцев, добывая золото, серебро, платину, олово, уран, он окупал себя многократно.
В Америке тоже была золотая лихорадка — в Калифорнии и на Аляске в XIX веке. Но там никого не мучили, не морили голодом и не убивали в массовом порядке для того, чтобы быстро освоить золотоносные районы. Заинтересованные материально люди сами ехали в эти районы, сами их осваивали, сами добывали золото и прекрасно обходились в этом деле без рабского труда. Как, собственно, прекрасно обошлась без рабского труда и Магаданская область после того, как Хрущёв заключённых распустил по домам и их место заняли добровольно приехавшие вольнонаёмные.
На фото из Интернета не фотомонтаж (теперь говорят «фотожаба») и не общество магаданских моржей на отдыхе, а Снежная Долина — местность в двадцати двух километрах от Магадана. Сокращённо Снéжка.

130. На Снежке. Фото из Интернета

131. На Снежке. 1970-е годы. Фото из Интернета

Долину эту так удачно со всех сторон укрывают от ветра высокие сопки, что в ней образовался свой собственный, более тёплый микроклимат. Ещё в конце 1940-х годов в ней устроили пионерский лагерь «Северный Артек», а в 1960-е открыли дом отдыха. В «Северном Артеке», лагере непростом, я не была. Мы, которые попроще, ездили за семьдесят с лишним километров от города в профильный пионерлагерь «Геолог» без микроклимата. В доме отдыха на Снежке мы как-то раз были дня два-три зимой. А вот просто покататься на лыжах ездили туда на автобусе из города неоднократно. И там действительно было в солнечный день так тепло, что большинство лыжников шуровали по лыжне, раздевшись кто по пояс, а кто и до купальных костюмов.
Кстати о поездках на ведомственных автобусах и микроклимате. По осени работники СВТГУ ездили на них на Олу в однодневные туры на уборку капусты или картошки. Ола — это посёлок возле Магадана с благоприятными погодными условиями, где в наше время располагался пригородный совхоз, основанный ещё сталинскими зэками. Картошку надо было копать, а капусту срубать специальными секачами с грядок и собирать накопанное и срубленное в мешки. Для взрослых, очень возможно, эти поездки оказывались не таким уж приятным развлечением, но мы с братом, когда мать брала нас с собой, воспринимали такую перемену обстановки с удовольствием. Когда мы утомлялись помогать убирать урожай, то весело носились по полю между грядок с другими детьми. А из капусты старшие вырубали нам сколько угодно вкусных кочерыжек.