Предыдущая глава
Вернуться к оглавлению
Следующая глава

Отлив. Приличные заработки и красивые жесты

Хотя, конечно, если телевизор у этих оленеводов-коряков был маленький, он мог работать и на батарейках, без генератора-велосипеда. В 1980-е годы такие небольшие переносные телевизоры «Шилялис» («Где вы шилялис?») выпускали на Каунасском радиозаводе в Литве.

196. Советский портативный телевизор «Шилялис». Фото из Интернета

Родилась я далеко от моря — в центре Магаданской области, по площади равной Германии, Франции и Швейцарии вместе взятым. Но привыкла на море жить и теперь по нему скучаю. По мягкому морскому климату, по сырости и запаху йода в воздухе, по звуку прибоя.
Оказывается, холодную воду морская живность и морская растительность предпочитают тёплой, и в холодных морях их всегда больше, чем в тропических. А из тропических морей на время жаркого сезона всё, что способно двигаться, эвакуируется в прохладные места. В нашем Охотском море живности и растительности было полно. Когда вода во время отлива отступала, обнажалось илистое дно бухты Гертнера с разбросанными там и сям камнями. На камнях жили мидии в чёрных раковинах, рачки-балянусы, они же морские жёлуди (жёстко прикреплённые к камням белые «домики» этих балянусов были маленькие, диаметром примерно в сантиметр или чуть больше), и актинии, которых ещё называют морскими анемонами за то, что их щупальца похожи на лепестки.

197. Рачки-балянусы во время отлива в бухте Гертнера. Фото О.С.Березнер

198. Мидии во время отлива в бухте Гертнера. Фото О.С.Березнер

199. Мидии в каком-то более тёплом море, крупный план. Фото из Интернета

Актиния — это морское беспозвоночное животное. В Интернете полно фотографий разных огромных тропических актиний колдовских расцветок, а портрета наших небольших северных актиний с буро-зелёной скромной окраской я не нашла, так что решила ограничиться схематическим рисунком.

200. Актиния. Схематический рисунок из Интернета

Наши актинии, в диаметре сантиметров восемь-десять, основанием туловища были плотно прикреплены к камням (тропические в основном живут на песке), а заострённые щупальца у них действительно были раскинуты, как лепестки цветка, и с ними было очень удобно играть. Игра состояла в том, чтобы ткнуть пальцем в середину «лепестков» актинии, где у неё расположен рот, после чего она тут же хватала тебя за палец всеми щупальцами. Охотилась. В воде актинии таким образом добывают себе пропитание — мгновенно схватывая щупальцами мелких беспозвоночных или даже маленьких рыбок, которые подплыли к ним на опасно близкое расстояние. Схватив добычу, актиния парализует или убивает её при помощи яда, вводимого в тело жертвы специальными клетками, расположенными в щупальцах, и поедает. Говорят, тропические актинии жалятся этим ядом очень больно, но наши охотские, с которыми мы играли во время отлива, были для людей совершенно безвредны.
Ещё на обнажившемся морском дне оставались обрывки волнистых листьев морской капусты (по-научному она называется ламинария и растёт на глубине, за границей отлива) и куски каких-то других водорослей, больше всего напоминавших клочья зелёной спутанной бороды.

201. Морская капуста. Фото из Интернета

А если повезёт, в оставшихся кое-где лужах морской воды можно было найти зазевавшуюся мелкую морскую звезду или небольшую прозрачную медузу. В самом море всяких живых существ и водорослей было, конечно, гораздо больше, это только то, что мы видели, когда оно отступало.

202. Балянусы, мидии и морская звезда. Фото из Интернета

В то время моды есть полезную для здоровья морскую капусту и вкусных мидий ещё не было, и мы совершенно не относились к этим дарам моря как к пище. А ведь имели возможность при желании собрать их сколько душе угодно.
Хорошие деньги, которые платили магаданцам, позволяли им время от времени делать красивые жесты, ограниченные лишь полётом их фантазии. Мне, например, родители лет в восемь подарили на день рождения микроскоп — детский, но вполне настоящий, в специальном жёстком футляре, только со сравнительно небольшим увеличением. Готовили, видимо, из меня микроскописта. Некоторое время я разглядывала в этот микроскоп с родительской подачи человеческие волосы и кожицу лука, но с течением времени он куда-то делся. Наверное, отправился к другому будущему микроскописту, поскольку я, на взгляд родителей, недостаточно им увлеклась. А маленькому брату Кириллу они купили целую педальную машину, тоже по тем временам недешёвое удовольствие.
Вообще говоря, за полевые работы тогда прилично платили геологам везде, не только в Магадане. Отец рассказывал, что заимел обыкновение обедать в ленинградских ресторанах ещё в студенческие годы, когда на летних каникулах подрабатывал рабочим в геологических партиях и получал за полевой сезон тысячу советских рублей. Часть этих денег он, конечно, отдавал своей матери, но и на себя у него немало оставалось.
Родители моей подруги по пионерскому лагерю тоже были геологами. Её отец однажды купил в кинотеатре все билеты на сеанс американского фильма «В джазе только девушки», потому что любил Мэрилин Монро и хотел спокойно посмотреть на неё в одиночестве, чтобы ему никто не мешал.
Под впечатлением от этой истории я раз, уже взрослой, спросила своего отца: что он делал со своими большими деньгами? Может, заказывал музыку в ресторанах или ещё что?
— Нет, — сказал отец, — за музыку в ресторанах я никогда не платил. Но однажды заплатил музыкантам, чтобы они весь вечер не играли.
Я удивилась.
— Мы с приятелем давно не виделись, — пояснил отец. — Пришли в ресторан, чтобы за ужином спокойно поговорить, а нас посадили возле самого оркестра. Разговаривать было совершенно невозможно — ни черта не слышно. И тогда я заплатил им за тишину.

Предыдущая глава
Вернуться к оглавлению
Следующая глава