В школе у нас было весело. Во всех параллелях было по пять классов, от «А» до «Д», человек по тридцать пять — сорок в каждом (а в некоторых других магаданских школах доходило и до классов «Е»). Учились в две смены: первый и второй классы — в первую, с восьми утра, а начиная с третьего — уже и во вторую, с двух дня. Смены чередовались через год — третьи классы учились во вторую, четвёртые — в первую, пятые — во вторую и т.д.
Конечно, преподаватели у нас в Магадане были не такие сильные, как в Москве, но зато у нас там было много всякой общественной активности. Каждый год проводились праздник песни и строя и фестиваль республик, к которым все классы долго готовились. Мы собирали металлолом. Ходили по квартирам в поисках ветеранов Второй мировой войны, чтобы потом пригласить их провести у нас урок мужества. Дежурные ежедневно убирали свои классы и мыли в них полы (уборщицы в магаданской школе отвечали только за полы в коридорах). Готовили домашние задания с отстающими. Это называлось «подтянуть». Занимались в школьных спортивных секциях (после плавания я в старших классах ходила в баскетбольную, потому что у меня хорошо получалось попадать в кольцо, и наша команда заняла второе место на первенстве школ города). Участвовали в городских олимпиадах по разным предметам. После уроков не хотелось расходиться, и мы шли в школьную столовую обедать, а потом подолгу сидели там, трепались и ржали, пока нас не разгонял по домам педсостав. На зимних каникулах для старшеклассников устраивали танцы, и каждой уважающей себя девочке полагалось к этому знаменательному дню пошить себе новое платье. В московской школе, где я доучивалась последние два года, к школьным танцам отношение было не такое почтительное. Там многие танцующие одевались просто, в футболки и какие-нибудь старые джинсы — всё равно, как они мне объяснили, весь пропотеешь.
